Свидетельство Торгово-промышленной палаты как надлежащее доказательство факта использования коммерческого обозначения.

 В долгожданном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», несмотря на явное расхождение между, декларируемым уже в самом Постановлении объеме претензий на освещение сложных вопросов правоприменительной практики, и его фактическим содержанием, тем не менее, уделено внимание (пункты 117, 178) и вопросам использования коммерческого обозначения лицами, осуществляющие предпринимательскую деятельность. В частности, высшая судебная инстанция указывает, что бремя доказывания использования коммерческого обозначения лежит на правообладателе. Эта скупая фраза, однако, обходит стороной вопрос о перечне документов, которые могут быть положены в основу правовой позиции участника судебного спора и представлены как доказательства в суд.

В связи с этим, актуальным является вопрос об особенностях доказывания в арбитражном процессе, как фактов использования коммерческого обозначения лицами, осуществляющие предпринимательскую деятельность, так и самих оснований возникновения у правообладателя права использования для индивидуализации принадлежащих им торговых, промышленных и других предприятий коммерческие обозначения, необходимых для доказывания своего процессуального статуса «надлежащего истца».

В личной практике, было арбитражное дело (№ А60-779/2016), когда Ответчик, был вынужден все-таки доказывать факт использования коммерческого обозначения, да и права на него в целом. Такая необходимость была вызвана тем, что предметом заявленного иска были требования о признании ничтожным договора коммерческой концессии и применении последствий его недействительности, так как соответствующий договор не был зарегистрирован в установленном порядке, и перехода права пользования товарным знаком не произошло. Отдельно замечу, что позиция истца в этом деле была интересна сама по себе, так как сторона полагала, что положения п. 3 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, к данной ситуации не вполне применимы.

Правовые доводы Ответчика сводились к тому, что истцу по договору коммерческой концессии передавалось право пользования комплексом исключительных прав (право на товарный знак (знак обслуживания), право на коммерческое обозначение, а также права на другие, предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на секрет производства (ноу-хау).

Для доказывания вышеуказанных обстоятельств, в ходе рассмотрения дела арбитражному суду было представлено свидетельство, выданное Торгово-промышленной палатой одного из субъектов Российской Федерации, подтверждающее права Ответчика на коммерческое обозначение, внесенное в «Реестр коммерческих обозначений предприятий и предпринимателей».

В данном случае речь шла, об оценке данного документа судом, как надлежащего письменного доказательства, подтверждающего именно основания возникновения права на коммерческое обозначение. В сложившейся ситуации, было бы весьма опрометчивым фотографировать вывеску торговой точки, распечатывать изображение и приобщать его к материалам дела, заверив подписью, так как, на мой взгляд, подобное письменное доказательство не отвечало бы требованиям относимости и допустимости доказательств в арбитражном процессе.

Так, Свидетельство, выдаваемое Торгово-промышленной палатой субъекта Российской Федерации, содержит весь необходимый перечень сведений, обязательность наличия которых, вытекает из анализа положений ст. ст. 1538-1541 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимых для признания лица осуществляющего предпринимательскую деятельность правообладателем: факт непрерывного использования коммерческого обозначения непрерывно в течение года, территория использования, реквизиты правообладателя.

Отдельно следует обратить внимание, что «Реестры коммерческих обозначений предприятий и предпринимателей» формируют определённую базу в субъекте Российской Федерации и такие сведения, носят открытый характер, и по своей сути факт внесения в такой реестр носит уведомительный характер. Таким образом, любой участник гражданского оборота, ознакомившись с реестром коммерческих обозначений, будет заранее осведомлен о существовании в его регионе средства индивидуализации сходного до степени смешения с его собственным и не допустить действий способных ввести потребителей в заблуждение относительно принадлежности предприятия определенному лицу, в частности обозначения сходного до степени смешения с фирменным наименованием, товарным знаком или защищенным исключительным правом коммерческим обозначением, принадлежащим другому лицу, у которого соответствующее исключительное право возникло ранее.

Весьма удобной также представляется существующая практика, что организации ведущие реестры коммерческих обозначений, предоставляют по запросу правообладателя заверенные копии, которые можно представлять суду, как документарные доказательства наличия прав.

Жизнеспособность подобного инструмента доказывания факта использования коммерческого обозначения, была подтверждена рядом других арбитражных дел, особенно в тех случаях, когда коммерческое обозначение включалось в предмет договора наряду с другими средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий или же у участника гражданского оборота отсутствовали или находились в стадии регистрации права на товарный знак, но на территории осуществления хозяйственной деятельности уже появлялись предприятия, копирующие вывески конкурента.