К вопросу об актуальных подходах оценки процессуальной позиции ответчиков по отдельным делам о взыскании неосновательного обогащения.

Юристам практикам в их повседневной деятельности часто встречаются ситуации, когда правовое регулирование (даже не столько в части содержания объема прав и обязанностей сторон в правоотношении как таковом) или не успевает за сложностью социальных отношений, либо вовсе не соответствует воле и динамике отношений участников гражданского оборота. 

Обращаясь к судебной статистке, за поиском интересующего нас примера, когда законодательное регулирование отстаёт от трендов общественного развития,  можно обнаружить, что значимую роль в объеме рассматриваемых судами общей юрисдикции гражданских дел составляют дела, связанные с вопросами неосновательного обогащения, где предметом такого обогащения выступают денежные средства (в том числе полученные должником от кредитора посредством безналичных переводов на банковскую карту ответчика), среди которых и можно обнаружить требуемые нам ситуации и сделать необходимые обобщения.

Согласно содержания п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество. Но здесь любопытно не столько содержание тех или иных элементов вышеприведенной правовой нормы, которая во взаимосвязи с другими положениями Кодекса представляет собой весьма самодостаточную конструкцию для обращения кредитора за судебной защитой (здесь также следует отметить, что Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации выдвигает не такие строгие правила, по сравнению с тем же Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, в отношении необходимости указания того, какие требования заявлены и на каких законах и иных нормативных правовых актах они основаны) и ссылки на ту или иную статью федерального отраслевого (кодифицированного) акта зачастую достаточно, чтобы участник дела считался исполнившим свою процессуальную обязанность, сколько субъектный состав уже процессуального правоотношения в самом широком смысле, включающий в себя содержание и распределение бремени доказывания, его содержание и стандарт.

Как мы отметили выше, кредитор из отношений по неосновательному обогащению при обращении в суд с исковым заявлением зачастую ссылается лишь на несколько статей Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом остальные аспекты (их оценка и установление) отношений сторон (правовая природа спора и действительная воля кредитора и должника) лежат уже плоскостью материального правового регулирования и затрагиваются вопросами цивилистического процесса как такового. 

В этой связи достаточной является ссылка истца (кредитора) на два значимых факта: факт перевода денежных средств (надлежаще подтверждается представлением заверенных банковской (кредитной) организацией платёжных поручений или выписок движения денежных средств по счёту) и факт невозврата требуемого долга ответчиком (при этом обстоятельства направления досудебной претензии имеет значение лишь в том случае, если такое направление предусмотрено либо законом либо соглашением сторон или в случаях расчета для целей взыскания процентов или неустойки).

Смело можно говорить о том, что также как распространены описанные подходы истцов к определению предметов и оснований исков о взыскании неосновательного обогащения в отношении денежных средств, зачисляемых на банковскую карту ответчика, так и не менее часты процессуальные позиции ответчиков, заключающие в ссылке на сведения об обстоятельствах того, что перечисленные истцами на их счет денежные средства, они не получали, поскольку их банковской картой пользовалось третье лицо (супруг, отец, мать, иной родственник или бизнес-партнер), которому соответствующая карта была передана ответчиком. Таким образом, в возражениях на иск отмечается, что на стороне ответчика отсутствует неосновательное обогащение ввиду не получения денежных средств.   

Однако, такая процессуальная позиция, в целом противоречит закрепившемуся «тренду» защиты прав кредитора и несмотря на то, что и исходит из определённого процессуального интереса должника в обязательстве (пусть и формального должника, пусть и ищущего справедливого разрешения дела) зачастую не принимается судами (с учетом требований ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации – здесь следует помнить о том, что истец уже представил доказательства передачи ранее своего имущества), рассматривающими подобные дела на следующих мотивах.

• в мотивировочной части решений указывается, конечно же со ссылкой на нормы материального права, что правила о взыскании неосновательного обогащения применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли;

• для квалификации правоотношений как возникших из неосновательного обогащения, достаточно того, чтобы эти отношения соответствовали признакам, определённым в ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации;

• на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (речь идет видимо о положениях ст. 1109 Кодекса);

• отмечается, что ответчиком не представлено доказательств в подтверждение того, что денежные средства, перечисленные истцом на банковскую карту ответчика, им не получены, не представлено суду доказательств того, что банковской картой ответчика пользовалось третье лицо (здесь мы видим указание на содержание стандарта доказывания и распределение бремени доказывания определённых обстоятельств для целей полного и всестороннего рассмотрения спора);

• ответчиком не оспорено, подтверждается ответом кредитной организации (банка), что банковская карта выпущена на имя ответчика;

• в судебном акте указывается, что клиенту банка следует соблюдать требования к безопасному использованию банковских карт, как к соблюдению режима конфиденциальности персональных сведений, так и к обращению с самой картой. Банковская карта открыта на имя ответчика и предназначена для личного пользования ответчиком, а не иными лицами, которые не могут иметь доступ к банковской карте;

• также зачастую отмечается, что в случае, если ответчик не использовал карту, получая СМС сообщения или пуш-уведомления от банка (если из ответа банка следует, что услуга СМС оповещения или уведомлений в приложении подключена) о зачислении денежных средств на его счет, должен был установить основания зачисления денежных средств, а также ответчик имел возможность в установленном законом порядке, закрыть свой банковский счет с целью исключить возможность поступления посторонних денежных средств от иных лиц;

• доказательств отсутствия неосновательного обогащения, то есть наличия правовых оснований для нахождения у ответчика указанных денежных средств, ответчиком не представлено, тогда как, в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность представить такие доказательства лежит на ответчике;

• при указанных обстоятельствах, ссылка ответчика на то обстоятельство, что банковая карта находилась во владении иного лица, свидетельствует о распоряжении ответчиком таким образом своим счетом и находящимися на нем денежными средствами;

Вышеописанные правоприменительные подходы нашли свое отражение в обширной судебной практике. В качестве примера можно привести несколько дел, ранее находившихся в производстве Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области: № 2-1677/2025, № 2-1364/2025.

Отдельно следует отметить, что, не смотря на приводимую нами отрицательную практику (и мотивы, используемые как судами, так и истцами по таким категориям дел) в отношении доводов ответчиков, обстоятельства пользования (выбытия) банковской картой ответчика третьим лицами все же требуют надлежащей оценки и выяснения, но при условии использования заинтересованной в исходе дела стороной всего возможного процессуального инструментария, вытекающего из реализации положений ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (права и обязанности лиц, участвующих в деле) и общих принципов цивилистического процесса, таких как состязательность и законность, что позволяет ответчику заявлять ходатайства о привлечении третьих лиц (в данном случае – фактических пользователей банковской карты), просить суд о вызове и опросе свидетелей, представлять возражения на иск, заявлять о ненадлежащем ответчике и т.д.